Как справиться с проблемным учеником

Как справиться с неуправляемыми детьми, с непослушным ребенком в школе, есть ли выход — статья учителям и родителям

Каждому учителю знакомо это стихийное бедствие. Избежать его невозможно. Бороться – напрасно. Укротить – можно, но далеко не у каждого это получается.

Потому что для этого не только нужно быть преподавателем, а и педагогом, – пусть и не с большой буквы, а с обычной.

Пусть и не от Бога (в действительности он не слишком щедрый на такие подарки), но хотя бы с призванием. И пониманием того, что происходит.

Такое «счастье» есть почти в каждом классе среднестатистической «рабоче-крестьянской» школы. В «крутых» лицеях и гимназиях, особенно платных, с этим проще – там все-таки немного другой контингент. Если и случаются досадные инциденты, их легче «разрулить», а от неугодных учеников – избавиться. Чтобы не портили общую картину.

А что делать учителям обычной школы? Как реагировать на вызывающее поведение, хамство, матерные слова, непристойные жесты, специальный срыв урока? Как держать себя в руках, если хочется взять маленького (или большого) хулигана за шиворот?

Если лицо хулигана вам уже стало ненавистным, если при одном лишь упоминании о нем (них) у вас портится настроение, и каждое утро вы собираетесь на работу как на каторгу – лучше со школы сразу уходите. От греха подальше.

Потому что рано или поздно это все равно произойдет – вы или уйдете сами, доведенные до отчаяния «будущими рецидивистами», или вас уволят за рукоприкладство.

Это вам нужно? Если же, напротив, вы цените свое место работы и любите эту профессию, но из-за нехватки опыта и знаний не понимаете, как вести себя в сложных ситуациях – надеюсь, эта статья вам пригодится.

Ребенок не бывает неуправляемым с рождения, – утверждают психологи. Это механизм, который укореняется на основе чего-то. Как правило, это когда нет взаимопонимания в семье. А другими словами – недостаток внимания родителей. Причем он может быть абсолютно разной «этимологии».

Неуправляемые тяжелые подростки могут вырасти как в маргинальных или неблагополучных семьях, так и у нормальных, на первый взгляд, родителей.

Кому-то недостает времени на общение с ребенком из-за алкоголя и других сомнительных развлечений, кому-то – мешает усталость после тяжелой смены на фоне низкой общечеловеческой культуры, кто-то пишет диссертацию или занимается бизнесом с утра до ночи. А кому-то просто безразлично.

Ребенок накормлен и одет, а воспитанием пусть занимается школа. При этом родители не понимают: ребенок не будет ждать, пока у них появится время и вдохновение. Его развитие не останавливается ни на минуту, независимо от присутствия взрослых.

И желательно в этом процессе принимать участие, – чтобы не было потом неприятных неожиданностей. Это как словно вы со своим ребенком играли на фортепиано в четыре руки, и отвлеклись, отошли надолго. А вернувшись, с ужасом увидели что-то отдаленно похожее на вашего сына или дочь, которые вместо седьмой серенады Шуберта играют «Мурку». А все ваши серенады с сюитами им теперь до лампочки.

Когда ребенок подрастает и вступает в «подростковый период» с его острыми углами физиологичного и психологического характера, вылезают наружу прыщи и комплексы, и почти все дети в этом возрасте – не подарки. Это нормально и со временем пройдет.

Но если к этим общим «прелестям» взрывоопасного переходного возраста добавляется еще отсутствие понимания и надежного «тыла» (места, где можно не только съесть тарелку супа, но и расслабиться и почувствовать себя в безопасности) – то есть все, что объединяется понятиям «духовное сиротство», вместо хорошего мальчика или золотой девочки получаем «мерзавцев», и чуть ли не без пяти минут преступников. А они просто борются за выживание, как делали это беспризорники в 20-х годах прошлого века. Только немного другим способом. Тем – хотелось хлеба. А этим – внимания. Места под солнцем. Любой ценой.

Неуправляемые дети – это те, кого не услышали вовремя. Они могут плохо учиться и не принимать участия в школьной жизни, но у них все равно есть свои интересы, есть таланты, которых никто не разглядел. К их проблемам никому нет дела. И в первую очередь – родителям. Ими не интересуются.

По различным причинам они не вписались в социум. А если ребенок не задействован – все равно он каким-то образом будет привлекать к себе внимание. Отсюда – и вызывающее поведение, и непослушание, нежелание придерживаться общепринятых правил.

Так ребенок заявляет о себе и словно говорит: «Я – вот здесь, я есть».

Психологи считают: уделять внимание такому ребенку нужно, но не за счет всего класса. А первое и самое главное задание учителя – провести урок так, чтобы он был интересным и для трудного подростка. Акцентировать нужно на участии. Например: хорошо, ты не читал этого произведения (или этого параграфа). Но ты услышал, о чем мы говорим.

Нам интересна твоя мысль относительно этого. Как бы ты поступил в этой ситуации? Пусть говорит что угодно, но по теме. Основное, – чтобы он был введен в процесс. Если это точные науки, к которым у ребенка, скажем, нет умения – можно предложить сделать то, что ему легко. Можно даже немного подсказать решение.

То есть дети в любом случае должны быть «подтянуты» под урок. А учителя часто вместо того, чтобы держать внимание на предмете – банально поддаются на провокации и выясняют отношения с классом или отдельным учеником. Выходит непонимание с одной стороны. И сопротивление – с другой. А нужно лишь улучшить качество преподавания, сделать его интереснее.

Ведь имея желание и умение, любого человека можно увлечь и заинтересовать.

Легко сказать, – кто-то вздохнет. Встречаются непробиваемые субъекты, которых заинтересовать нельзя ничем и тяжелые случаи, когда не все зависит от преподавателя, каким бы замечательным он не был.

Здесь нужно обязательно найти причину. Чаще всего она – в семье, где давно есть какие-то искривления. Важно сотрудничество с родителями. Выбирают одного из наиболее адекватных и пытаются донести, что нужно что-то изменить. Даются определенные рекомендации.

Если контакт с родителями есть – возможно, сотрудничество на результат. Если родители не понимают, тогда трудно что-то посоветовать. Кроме того, чтобы настаивать, чтобы ребенок занимался в какой-то индивидуальной группе. Реабилитация все равно должна быть.

Нужно решать коллегиально – есть ли возможность подтянуть такого ребенка. Конечно, лучше это делать в школе. Но без родителей это невозможно. По крайней мере, очень трудно. Потому что первопричина – именно в них. Обычно это непризнанный ребенок. Чаще всего – битый дома без объяснений.

И не только физически. Психологическое давление еще хуже.

Они – не преступники

Спасать таких детей от последствий родительского воспитания – сложное дело. Да и кто этим будет заниматься? Дома они лишние, на уроках – мешают. Хуже всего – они не верят, что кому-то нужны. И, к сожалению, это недалеко от истины. На «диком» западе такие дети ходят в группы реабилитации, где могут выговориться и чувствуют, что их понимают и слышат.

Было бы неплохо, если бы с этими детьми занимался тренированный мужчина – скажем, бывший спортсмен, который мог бы ходить с ними в походы, заниматься экстремальными видами спорта, потому что вышивать и складывать паззлы они уже не будут. У них совсем по-другому должна выходить энергия. Нужно, чтобы агрессивность трансформировалась во что-то другое. И, чтобы где-то они были признаны. Чтоб было место, где они – лучшие. При школах тоже можно создавать такие группы.

Применяя наказание, мы ничего не выигрываем. Такому ребенку нужно поручить что-то важное. Да, ему сложно доверять. Потому что он делает вид, что ему ничего не нужно. В действительности человек так ведет себя только в крайней необходимости.

Когда он получит то, чего ему не хватает (нужно лишь распознать, что именно), – получим совсем другое поведение. Это не преступники. Скажем, часто такие дети талантливы в компьютерном деле.

Так почему бы не доверить им написать какую-то программу для школы? Они будут делать это с удовольствием, поскольку чувствовать себя востребованными.

(Visited 12 478 time, 6 visit today)

Источник: https://shkolabuduschego.ru/roditelyam/neupravljaemye-deti-v-shkole.html

«От него все стреляются»: как избавить класс от ученика с деструктивным поведением

«У нас Давид посреди контрольной включил на полную громкость какую-то тупую музыку. Татьяна Владимировна стала с ним разбираться, кричать, дневник отобрала. Все отвлеклись, время потеряли, я тоже. Не успела все решить», — объясняет мне дочь тройку по математике. Оценка, конечно, на ее совести, но о подобных выходках Давида она рассказывает то и дело.

Такие дети есть в большинстве классов — независимо от престижа школы и возраста учеников. Они могут кричать на уроках (о переменах и говорить нечего), лупить соседей по парте, обзывать одноклассников, хамить учителям.

Могут вытворять и вещи похуже: воровать, распивать алкоголь в школе, употреблять психотропные вещества и склонять к этому одноклассников. Но такие случаи мы рассматривать не будем — здесь все и проще, и сложнее одновременно: противоправные поступки находятся в ведении полиции.

И если вина ученика будет доказана, убрать его из класса нетрудно.

А как быть тем, кто несколько часов в день находится в одном помещении с неуправляемым одноклассником, который может и харкнуть, и оскорбить, и завопить, но при этом никаких правонарушений не совершает? В первую очередь этот вопрос волнует родителей. На родительских форумах описаний «неадекватов» в классе и того, что они вытворяют, — очень много.

Вот лишь несколько цитат от пользователей сайта umama.ru.

— Ребенок полный неадекват, родителям до фонаря, вчера … требовал в раздевалке подать его одежду, потому что не может ее сам найти … причем требовал грубым матом, свидетели есть.

— Ходили летом в пришкольный лагерь, там Вася пряжкой от ремня разбил одному мальчику голову. Вызывали родителей, скорую, улеглось …Теперь объектом для Васи стал мой сын.

По мелочи рассказывать не буду, но сегодня Вася зарядил ему по уху так, что сын некоторое время ничего не слышал.

[Потом] Вася расцарапал однокласснице МЕЛОМ лицо! Вы представляете, как надо давить на мел, чтобы на лице были царапины?

— У сына был похожий одноклассник, доставал всех, включая классную.

Вот вроде нормальный ребенок, но то на соседа гуашь выльет, у того по всему пиджаку желтая краска растеклась, то мел на уроке ест, то все сидят контрольную пишут, а он сотовый свой разбирает-собирает, ну и лупил всех. Классная каждый день родителей его вызывала на беседы, ее трясло уже потом при одном только упоминании его фамилии.

По словам психологов, «неадекватов» можно разделить на несколько групп:

  • дети с нарушениями здоровья, которые просто физически или психологически не могут долгое время сидеть на одном месте и заниматься каким-то одним видом деятельности;
  • ученики из неблагополучных семей — дети алкоголиков, наркоманов, живущие без родителей, с пожилыми опекунами, бабушками, дедушками, которые в силу возраста не могут обеспечить должное воспитание;
  • избалованные дети.

Подход можно найти к школьникам из любой группы, уверены и родители, и педагоги со стажем.

— В моей практике был случай: в одном из классов появилась такая группа учеников — никому не давали нормально учиться, обижали тех, кто послабее, задирали девочек, курили за школой. Лидер, как водится, один — собрал команду и терроризировал всех вокруг. От них страдала вся параллель — и дети, и учителя. На одном из педсобраний я сказала: возьму его к себе в класс.

А мой класс был дружным, обижать кого-то, насмехаться — такого в привычке у ребят не было. Вначале он пытался и у меня какие-то свои порядки установить, но в итоге перенял тот тип поведения, что был у большинства. Сейчас он уже вырос, выучился, семью завел.

Недавно встретились с ним на улице, говорит: «Если бы не вы, Елена Викторовна, попал бы после школы в тюрьму, и все».

Найти подход к ученику и его родителям

Специалисты отмечают: любое неадекватное поведение — это крик ребенка о помощи, желание привлечь к себе внимание. «Ни один человек не рождается правонарушителем, преступником.

Если поведение школьника выходит за границы того, что мы привыкли считать адекватным, надо разбираться с причинами, а их, как правило, всего две: или здоровье, или отношения в семье. И то, и другое можно корректировать.

И чем раньше этим заняться, тем меньше будет возможностей для развития деструктивного поведения», — уверена педагог.

К сожалению, не каждый учитель будет искать подход к сложным детям. Сказывается и нагрузка, которая лежит на преподавателях, и какие-то другие причины, нежелание или неопытность — ведь часто в начальной школе и среднем звене работают только что окончившие вуз или педколледж учителя, которые просто пока не умеют работать с такими детьми.

Родители трудного ребенка — еще одна сложность: далеко не всегда они сами отличаются адекватностью.

И речь даже не идет о неблагополучных или, по законодательной терминологии, социально опасных семьях: работа с учениками из таких семей регламентирована несколькими документами, начиная от Семейного кодекса и ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» и заканчивая методическими рекомендациями Минобра.

По закону, на школу возлагается обязанность выявлять несовершеннолетних, находящихся в социально опасном положении; оказывать помощь в воспитании и обучении детей из социально опасных семей; вести индивидуальную профилактическую работу с обучающимися, имеющими проблемы в поведении, обучении, развитии и социальной адаптации.
Читайте также:  Обращайте внимание на достижения ребенка в начальной школе

Гораздо труднее общаться с родителями, которые просто не замечают деструктивного поведения своих отпрысков. В разговорах с классным руководителем и с родителями одноклассников они встают горой на защиту своего ребенка. С одной стороны, это правильное родительское поведение: прилюдно ребенка защищать нужно.

Но адекватные родители при этом способны услышать информацию, выявить главное и дома, наедине с ребенком, спокойно обсудить ситуацию, выяснить подробности, объяснить, если ребенок был неправ.

Другое дело, когда родители закрывают глаза на проделки своих детей, склонны оправдывать их поведение, обвиняя при этом других школьников или учителей в провоцировании конфликта.

В обсуждениях на родительских сайтах нередко пишут, что родители попросту отмахиваются от обвинений в адрес своего ребенка. «Да ваш первый начал, а мой только сдачи дал», «Мой ребенок на такое неспособен», «Вы все придумываете о моем Петеньке, чтобы своего Ивана выгородить!» — типичный набор фраз родителей «неадекватов».

— У нас в классе похожая ситуация. Уже есть девочка с печеночным кровотечением, мальчик с переломом челюсти… И этот УРОД (кстати, недавно устроивший на перемене сеанс демонстративного онанизма — прямо в классе, пока учительница вышла) преспокойно ходит в школу, а его мамаша на все жалобы реагирует: «Что вы на моего ребенка накинулись? Он гипердинамичный и ВЕСЕЛЫЙ мальчик».

Доказать таким родителям, что их ребенок действительно ведет себя неадекватно, можно, используя современную технику: записать драку или словесную перепалку на видео и предъявить запись в качестве аргумента.

Родительский комитет должен внимательно изучить школьный устав, в котором прописаны правила поведения в образовательном учреждении. Случаи нарушения устава нужно фиксировать для дальнейшей аргументации. Кстати, фиксация таких нарушений входит в обязанности классного руководителя. Как и объяснение педсовету, почему не удалось избежать конфликта.

Зачем школе медиаторы

Справедливости ради стоит отметить, что иногда действительно сложно установить, кто виноват в той или иной ситуации: учитель может «назначить» виновным ребенка, который был замечен в деструктивном поведении, но не выяснить реальную причину конфликта.

В 2010 г. российские законодатели подписали документ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)».

Согласно этому закону, в школах должны быть созданы службы примирения (или медиации): специальный орган, состоящий из работников образовательной организации, учащихся и их родителей, прошедших необходимую подготовку.

Их задача — урегулировать и минимизировать конфликты, возникающие как между учениками, так и между школьниками и преподавателями.

В Свердловской области, по данным директора Центра медиации Ольги Махневой, действует порядка 400 школьных служб примирения.

К слову, есть такая и в школе, где учится моя дочь. Но ничего о ее существовании она не знает. «Если такая служба у нас есть, почему они ничего не делают с этими уродами из 7 «В»: вчера сидим с Никой на перемене, болтаем, они просто проходили мимо, ударили меня портфелем по голове, Нику — по спине, обозвали и ушли как ни в чем не бывало», — возмущенно рассказывает мне Лера.

Если в классе есть ученик, который создает конфликтные ситуации, школьная служба примирения должна провести работу как с ним, так и с его родителями. Предпринять какие-то шаги медиаторы смогут после того, как зарегистрируют соответствующее обращение — оно может быть как от других учеников, так и от родителей, и от преподавателей.

Узнайте, есть ли в вашей школе служба примирения (медиации), и обратитесь туда с жалобой на ученика с деструктивным поведением. Служба примирения должна не только разобрать конкретную ситуацию и провести разъяснительную беседу, но и через какое-то время проверить, как развиваются события, полностью ли исчерпан конфликт.

Четыре действенных буквы — ПМПК

Если поведение сложного ребенка никак не меняется, родительский комитет может ходатайствовать перед классным руководителем о том, чтобы ученика направили на психолого-медико-педагогическую экспертизу (ПМПК).

Это комиссия, которая состоит из специалистов разных сфер — медиков, психологов, педагогов, которые с помощью разных тестов должны определить, может ли ребенок учиться в общеобразовательной школе либо ему будет лучше в коррекционном классе или на домашнем обучении.

Академические задолженности, асоциальное поведение, неумение адаптироваться в коллективе — это основания для направления детей на ПМПК. Еще одна категорией детей, которой необходимы рекомендации комиссии, — подозреваемые, обвиняемые либо подсудимые по уголовному делу несовершеннолетние дети.

Обычно угроза ПМПК заставляет родителей плотнее заняться воспитанием: мало кому хочется, чтобы его ребенок попал в специализированное учебное заведение.

Но здесь есть существенная сложность: провести такую экспертизу возможно только на основании заявления от родителей или законных представителей ребенка или с их письменного согласия.

Да и результаты экспертизы носят рекомендательный характер: если родители, несмотря на выводы ПМПК, не захотят перевести ученика в специализированную школу, выгнать из класса его никто не сможет.

Выход в данной ситуации один: родители других учеников совместно с классным руководителем должны объяснить, что прохождение ПМПК — лучший (или единственный) вариант для ребенка.

— Все родители подключили своих знакомых во всех инстанциях. Поставили на учет в милицию, постоянно проверяла родителей опека, с родителями мальчика постоянно разговаривали другие родители, не давая уходить от разговора. Угрожали. Может, жестко поступили, но родителей того мальчика и самого мальчика задавили в итоге, и в классе наступил мир и покой.

Некоторые родители используют совсем непедагогические меры, чтобы приструнить мешающего всем ученика. Главное — не переходить грань закона и попробовать вначале более правомерные способы.

— У знакомой в 8-м классе сын был, образовалась подобная неразрешимая проблема. Учителя не справляются, одноклассник срывает уроки. Знакомая — тетенька решительная, пришла, посидела на уроках. При ней хулиган присмирел.

Оказалось, что она подошла к нему и пообещала физически расправиться. Комплекция позволяла. Он ей, конечно, сперва загонял, что она не имеет права, но она ему объяснила, что ей пофиг на права, с ментами она договорится, а ему от этого легче не будет.

Вот такая непедагогичная история.

Жестко, но эффективно

Наиболее жесткие меры, которые могут применяться к ученикам с деструктивным поведением, — штраф и исключение из школы. Но они работают только в старших классах: учеников до 15 лет исключить из образовательного учреждения на законных основаниях невозможно.

Административный штраф накладывается на ребенка, совершившего серьезное правонарушение — начиная от порчи школьного имущества или кражи и заканчивая появлением в школе в состоянии опьянения. Штраф будут выплачивать его родители, законные представители или опекуны.

Менее жесткая, но тоже эффективная мера — постановка неблагополучного ученика на внутришкольный учет (ВШУ). В этом случае ученик и его семья попадают под пристальное внимание школьного психолога, социального педагога, педсовета школы, в особых случаях подключается опека.

Ребенок, поставленный на ВШУ, в обязательном порядке должен заниматься с психологом, в зависимости от ситуации занятия могут проводиться и с родителями. Педагоги могут в любой момент прийти с проверкой в семью ученика. Как правило, такой контроль отрезвляет и самого нарушителя, и его родителей, а занятия со специалистами дают положительный эффект.

Родители одноклассников могут ходатайствовать, чтобы ученика поставили на учет, если он:

  • систематически пропускает без уважительных причин учебные занятия;
  • был замечен в попрошайничестве;
  • неоднократно нарушал устав школы и правила поведения обучающегося;
  • не успевает по многим школьным предметам;
  • был замечен в употреблении психоактивных веществ.

Если, несмотря на принятые меры, ни учащийся, ни его семья не отреагировали на ситуацию, родительский комитет и педагоги, в соответствии с ФЗ «О системе профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», имеют полное право обратиться в комиссию по делам несовершеннолетних.

Но все-таки главное правило, которым следует руководствоваться тем, кто мечтает избавить класс от неприятного ученика: не навреди.

«Иногда ни педагог, ни собственные, ни другие родители не задумываются, что они пытаются бороться… с ребенком. И это ужасно.

Надо стараться его услышать, понять, а борьба способна лишь сделать из ребенка изгоя и потенциального преступника», — считают опытные педагоги.

Иллюстрации: Сергей Логинов для 66.ru; архив 66.ru

Источник: https://66.ru/news/society/196383/

Проблемные ученики: три основных типа

* психологический ликбез

Елена МОРОЗОВА, детский психолог, кандидат психологических наук Александр ВЕНГЕР, доктор психологических наук

Подспорье для классных руководителей в их разговорах с коллегами и родителями особых детей

НЕУДАЧНИКИ

Характерные черты

Основной психологической особенностью многих учеников, ярко выраженных неудачников, является повышение уровня тревоги, выражающееся в неуверенности в себе, постоянном беспокойстве, волнении.

Состояние тревоги проявляется как ощущение угрозы, ожидание неопределенной опасности. Ситуация, которую большинство детей восприняло бы как вполне рядовую, при высоком уровне тревоги вызывает стресс.

Для ребенка, находящегося в этом состоянии, характерны постоянные страхи и опасения.

Затруднено принятие решений, так как ребенок чрезмерно фиксируется на тех неблагоприятных последствиях, которые может повлечь за собой тот или иной выбор.

Повышение уровня тревоги приводит к серьезным трудностям в учебе, общении, сказывается во всех сферах жизни ребенка.

В школе резко меняется отношение взрослых к успехам и неудачам ребенка. Хорошим оказывается прежде всего тот, который много знает, успешно учится, с легкостью решает задачи.

Негативные оценки со стороны взрослых приводят к тому, что у ребенка появляется тревога, падает уверенность в себе, снижается самооценка. Это, в свою очередь, вызывает отнюдь не улучшение, а ухудшение результатов.

Естественные следствия тревоги и неуверенности — непродуктивные траты времени на несущественные детали задания, отвлекающие от работы рассуждения (например: «Как будет плохо, если я опять получу двойку»), отказ от заданий, которые заранее кажутся ребенку слишком трудными. Понятно, что этот путь ведет ко все большей неуспеваемости.

Постоянное опасение сделать ошибку отвлекает внимание ребенка от смысла выполняемых им заданий, он фиксируется на случайных мелочах, упуская из виду главное. Опасения заставляют его многократно проверять свою работу, а это приводит к дополнительной, неоправданной трате времени и сил. При этом проверка часто оказывается бессмысленной, так как ребенок-неудачник не умеет находить свои ошибки.

Механизмы возникновения

Волнение, опасения, беспокой­ство, нарушая деятельность ребенка, ведут к неуспеху, негативным оценкам со стороны окружающих. Неуспех, в свою очередь, заставляет ребенка волноваться, способствуя закреплению неудач. Чем дальше, тем труднее разорвать этот круг. И неуспешность становится хронической.

Чем более ответственную работу выполняет ребенок, тем сильнее он волнуется. Волнение еще больше снижает результат работы. Из-за этого контрольные и экзаменационные работы выполняются не лучше, а хуже повседневных заданий.

Возникает зависимость, удивляющая многих родителей и педагогов: при повышении мотивации снижаются достижения.

О том, что у ребенка формируется синдром неудачника, который его тяготит, можно говорить только в том случае, когда он исполнителен, послушен, беспрекословно выполняет требования взрослых. Когда таких сопутствующих факторов нет, тогда ребенку в большей или меньшей степени безразлично несоответствие его школьных достижений ожиданиям окружающих.

Аня, 9 лет

Она учится в третьем классе и уже второй год слывет двоечницей, но до сих пор и родители, и учительница с этим почему-то мирились. Теперь терпение учительницы иссякло. Она сказала, что Аню надо либо оставлять на второй год, либо переводить в коррекционную школу.

Психологическое обследование показало, что у Ани не очень высокий, но вполне нормальный для ее возраста уровень умственного развития. Запас знаний несколько ниже нормы, но не настолько, чтобы сделать невозможным обучение в массовой школе.

А повышенная утомляемость, низкая работоспособность, вероятно, следствие перегрузки: у девочки очень много дополнительных занятий, что, по мнению ее отца, единственный способ научить ее тому, что требует школьная программа.

Главная особенность Ани – очень высокий уровень тревоги, беспокойства. Она все время боится сделать ошибку. Из-за этого иногда она вовсе отказывается от выполнения заданий, которые ей вполне по силам. А взявшись его выполнять, она столько времени уделяет мелочам, что на главное у нее не остается ни времени, ни сил.

Рисуя, она больше пользуется ластиком, чем карандашом. Но, к сожалению, каждая новая проведенная ею линия обычно ничуть не лучше стертой, а времени на рисунок тратится вдвое или втрое больше, чем нужно.

Первичные причины, приводящие в конечном итоге к так называемой хронической неуспешности у детей данного типа, могут быть различными. Наиболее распространенной предпосылкой служит недостаточная подготовленность ребенка к школе, приводящая к трудностям с первых дней обучения.

Так, например, недоразвитие умения управлять тонкими движениями пальцев и кисти руки сразу вызывает неудачи при обучении письму.

Несформированность произвольного внимания приводит к трудностям в организации всей работы на уроке: ребенок не запоминает, пропускает мимо ушей задания и указания учителя.

В семье. Нередко порочный круг запускается необоснованно завышенными ожиданиями и требованиями родителей. Нормальные, средние школьные успехи ребенка воспринимаются родителями, а значит, и им самим как неудачи. Хотя всем известно, что «тройка» означает «удовлетворительно», родители часто рассматривают эту отметку как неудовлетворительную.

В результате начинает работать механизм, приводящий к росту беспокойства и вследствие этого к реальной неуспеваемости, к двойкам. При завышенных ожиданиях родителей, с раннего детства озабоченных достижениями ребенка, неуспешность может складываться уже в начале дошкольного возраста.

Источник: http://ruk.1september.ru/article.php?ID=200700915

Двойка за поведение: что говорит психолог о «трудных детях» в школе

Независимо от ответа на этот вопрос, решения проблемы не знают ни одни, ни другие. Чтобы его найти, нужно, как минимум, начать диалог. Логично, если «модератором» диалога выступит психолог — человек, к которому обращаются в критических ситуациях, когда не знают, что делать с главным героем этой школьно-семейной драмы — ребёнком.

О том, как складывается жизнь сложных детей в школе, мы поговорили с Еленой Кандыбиной, психологом Центра Практической психологии и психотерапии «Белый аист».

Школьный психолог: быть в гуще событий

— Причины дезадаптации в школе у ребенка могут быть самые разные. Но не только социального характера. В психологии и медицине есть такое понятие — минимальная мозговая дисфункция (ММД). По разным данным она диагностируется у 2–25% детей.

Читайте также:  Стоит ли проводить совместные роды

Даже минимальный процент гарантирует в каждом классе наличие сложного ребенка. Симптоматика очень широкая, но вся «играет» против школы.

Это и нарушение координации движений, и гиперактивность, и эмоциональная лабильность, небольшие речевые и двигательные нарушения, повышенная отвлекаемость, рассеянность, нарушения поведения. Естественно, это приводит к трудностям в обучении.

Причиной возникновения ММД может быть не только патология беременности и родов или заболевания в первые годы жизни, но и, как ни парадоксально, технический прогресс. Грубо говоря, сейчас выхаживают много детей, которые раньше просто не доживали до школьного возраста.

Такие дети часто интеллектуально вполне состоятельны, но высидеть 45 минут урока не в состоянии.

Им трудно контролировать себя в должной степени. Они могут быть слишком импульсивны или, наоборот, слишком медлительны. Их эмоциональные реакции могут выражаться слишком ярко. К концу недели ребенок устал и рыдает. Или дерётся. Но в любом случае дезорганизует работу класса.

— Конечно, мешают. Сложный ребенок в классе — это часто проблема.

Кроме того, по поводу детей с нарушениями у людей возникает масса негативных фантазий. Родители совершенно серьёзно могут спрашивать, не заразно ли это.

Или в качестве ложного аргумента против присутствия такого ребенка в классе высказывают опасение, что другие дети будут над ним издеваться.

Как будто их дети прилетели с Луны, и родители не имеют никакого отношения к их воспитанию, не могут объяснить, почему существуют разные дети, поговорить про толерантность и сострадание.

Кадр из к/ф «Учитель на замену»

— Дети прямолинейные. Они ещё не доросли до наших взрослых социальных масок. Мы ведь тоже во 2-3-4-5 классе часто прямо говорили то, что думали. И только позже, иногда годам к тридцати, научились делать правильное социальное лицо, умея промолчать, даже если кажется, что кто-то неправ.

Ребёнок чаще, чем взрослый скажет именно то, что думает. А вот что он думает, во многом зависит от взрослых.

От того, что ему говорят учителя и родители. Педагоги, как и родители, сказать могут самое разное.

Одна мама рассказывала историю: она пришла к учителю своего сына и попросила быть с ним повнимательней, потому что ребёнок с особенностями и наблюдается у невролога.

И когда в очередной раз у мальчика что-то не получилось и он, заплакав, спрятался под парту, учительница обратилась к классу со словами «Ребята, не обращайте внимания и не приставайте к нему. Он у нас дурачок и у врача лечится».

— Хочет того школа или нет, но она является воспитательной институцией. Ребёнок от четырёх до восьми часов в день проводит в школе. И идея, что в этот временной отрезок его можно не воспитывать, а предоставить самому себе, кажется мне совершенно нежизнеспособной.

Никакое обучение не проходит без воспитания. Учитель говорит с детьми, учит сидеть, слушать, вести себя определенным образом. Дети же не в застеклённых ящичках сидят, каждый за своей партой.

В школе они общаются друг с другом, и необходимо организовывать процесс их взаимодействия.

Если считать, что педагог должен только дать учебную программу и всё, естественно, сложный ребенок будет помехой.

Если же рассматривать школу как место, которое готовит будущего члена общества, то навык толерантности, общения с сверстником, имеющим трудности, помощь ему, становится основой для развития личности.

При этом я понимаю двойственность отношения к сложному ребенку в классе. С одной стороны, я, как психолог, работающий с семьей, оказываюсь на стороне родителя и ребенка. Ко мне нередко приходят родители, совершенно истощённые от школьного и социального прессинга.

Они не понимают, что делать, чувствуют свою беспомощность и считают ситуацию безнадежной. А с другой стороны, учитель, возможно, находится в таком же положении.

И если родитель может обратиться к психологу за поддержкой, то того, кто был бы на стороне педагога, часто просто нет.

От учителя постоянно что-то требуют все, кому не лень: Министерство образования, директор, родители. А в классе тридцать человек, и из них трое-четверо-пятеро непростые.

Да даже если заводится всего один такой условный Вася, который всех бьёт и не дает заниматься, учитель часто не знает, что делать. То ли с Васей возиться, то ли остальных учить. Но компетенции, терпения, просто времени и сил хватает не всегда.

В конце концов, тридцать детей — это просто много. И вот тут педагогу нужна помощь.

— Если ситуация не слишком сложная, то учитель часто идет на взаимодействие с родителями. Тогда с учителем удаётся договориться. Так, я работала с мальчиком, который, попав в первый класс, не мог удерживать внимание на занятии больше десяти минут.

Потом он отключался, проваливался в какой-то свой мир и до него было не достучаться. Весь класс что-то делает, а он сидит, тихонько играет в игрушки, пока учительница не подойдёт и не рявкнет. Тогда он ещё минут на пять включится, а потом снова вываливается.

Причём мальчик был с довольно высоким интеллектом, но только если заниматься не больше 15 минут подряд.

Мне потребовался год, чтобы он стал высиживать хотя бы полчаса.

Я постепенно, очень медленно увеличивала время занятий, создавала зону успешности, чтобы он понял, что школа может быть интересной игрой, а решение задач — это такой вид развлечения.

Во втором классе по просьбе мамы его пересадили на первую парту. В какой-то момент учительница поняла, что мальчик совсем не дурачок, и если ему тихо говорить, что делать, он нормально занимается.

А ведь вначале были разговоры, что надо в коррекционку.

Но я не знаю, была бы учительница столь же готова к диалогу, если бы в первом классе пришлось бы вести урок, когда этот же ребенок носится по классу и вопит.

Когда разговариваешь с учителями, они часто говорят, что не знают, что делать. Они признают, что бывают гиперактивные дети, дети с отставанием в развитии или особенностями поведения. Да, они в курсе, что существует лечебная педагогика, дефектология, но их этому не учили, а читать на эту тему или самостоятельно заниматься им некогда.

Поэтому я часто слышу «пусть они отдельно учатся в специальных школах» и «надо заниматься нормальными детьми, а не одним Васей».

И тогда Вася в лучшем случае оказывается на последней парте в углу, отгороженный от остального класса.

Так, один знакомый «Вася», в буквальном смысле загнанный в угол, от нечего делать научился незаметно от учительницы выползать из класса и болтаться по школе. Как-то взял и совсем ушёл из школы гулять.

Его искали с милицией. А что ему делать было? Ему же всеми способами показали, что он «не с нами». Вот он и ушёл.

Кадр из к/ф «Республика ШКИД»

— Психолог в школе довольно редко работает индивидуально. Обычно такой возможности у него нет, потому что на одного психолога в школе приходится довольно много детей. Школьный психолог больше занят групповой работой — командообразованием, тестированием, минимальным психологическим обучением.

Кроме того, работа психолога с ребёнком имеет такую особенность: она часто осуществляется по инициативе взрослого.

Ребёнка к психологу приводят и так и говорят: вот, мол, вы его спросите, у него-то проблем нет! А у него действительно их нет. Ну, пошел гулять во время урока и что? Это у взрослых проблемы, а у него — развлечение.

Поэтому основа детской мотивации в психотерапии — контакт с психологом. Представим школьного психолога. Ему же всё про этого Васю рассказали. И Вася знает, что про него тут говорят и думают. Потому что ему тоже всё рассказали и учитель, и директор, и одноклассники.

Психолог для него — очередная школьная тётка. Ребенку трудно с ней раскрыться. Он понимает, что тут небезопасно. Нужна большая работа по установлению контакта, чтобы ребенок всё-таки поверил, что психолог за него, а не за них всех.

Спасти планету под названием «Сложный подросток»

Кроме того, часто школьные психологи не получали специального дополнительного образования именно по психологическому консультированию и психотерапии. Часто этому в наших институтах не учат.

У нас учат общей психологии, психологии тестирования, диагностики. Как правило, психотерапия это всегда дополнительное, дорогостоящее образование. Среднее время освоения одного из направлений психотерапии — 3-4 года. И мало кто из школьных психологов идёт учиться.

Большинство всё-таки ограничивается психологическим факультетом вуза.

— Часто это именно так. Поэтому, когда включение в учебный процесс и в коллектив сложного ребенка требует не слишком больших усилий, то учитель справляется. Но если требуются специальные знания, дополнительная помощь ещё одного взрослого, может ничего не получиться.

Возможности учителя тоже не безграничны. Так, на психологических занятиях группы, включающей шесть сложных детей, обычно присутствуют трое взрослых. Ситуация, когда один учитель должен организовывать учебный процесс в классе, где тридцать детей — это совсем другая ситуация.

В этом и кроются корни призывов «давайте их выгоним».

Кадр из к/ф «Повелитель мух»

Взять хотя бы недавнюю историю с дочкой учительницы Машей, которая всё время находилась в классе. И, судя по интервью с родителями других учеников, не всегда тихо сидела, но ходила по классу, мешала заниматься. Да, она была не из этого класса, но такое могло бы произойти и со сложным учеником из этого класса. И что тогда делать?

Я думаю, что эти вещи требуют разговора. Потому что и у нас без школы ничего не получится, но и школе надо как то с ситуацией справляться.

По разным причинам сложных детей становится всё больше, и всех в коррекционки не запихнёшь.

К тому же такие дети часто дорастают до нормального поведения, и с интеллектом у них бывает всё в порядке, хотя оценки из-за трудностей включения в учебный процесс могут быть не слишком хорошие. И если такие дети будут знать, зачем им школа и учёба, то они будут стараться, постепенно улучшая свои результаты.

— На самом деле это непростой вопрос. У родителей, у педагогов, у государства есть ответы. А у ребёнка — далеко не всегда. Дети начальной школы, у которых хорошие отношения в семье, часто учатся для родителей. Если нравится педагог — для педагога.

Бывает, что ради статуса в коллективе. Есть дети, которым легко учиться или они увлеклись тем или иным предметом, тогда и сама учеба становится для ребенка ценностью.

А если у ребенка нет ни интереса, ни стремления получить похвалу, то ему просто трудно и скучно.

Но школа заполняет собой не только часы, отведённые на занятия.

Знаете, что отвечают на вопрос «Что вы делаете вместе с детьми?» практически поголовно все родители учеников начальной школы? Уроки!

Они делают их ежедневно, до глубокой ночи. Больше ни на что времени не остаётся.

И вот представьте, если учеба у ребенка не идет, но он почти круглосуточно занят тем, что ему неинтересно, тяжело и плохо, тем, что у него не получается, тем, где он заведомо неуспешен.

И все — родители, учителя, родственники — всё время интересуются именно этой, трудной и неприятной стороной его жизни. В какой-то момент ребенок начинает ненавидеть школу, потому что трудно в такой обстановке возникнуть любви к учебе.

Родители тоже это понимают, но когда я предлагаю провести эксперимент — неделю отводить на уроки два часа, что успели, то сделали, а остальное время занимать чем-то приятным и интересным — то по пальцам пересчитать можно, кто на такое соглашается. Пойти с несделанными уроками вызывает панический ужас скорей у родителей, чем у детей.

Но и без школы ничего не выйдет. Психолог работает, корректирует, двигается по миллиметру. А потом ребенок приходит в школу, на него в сердцах накричит учитель или выгонит на последнюю парту.

И история заканчивается — ребёнок живет с клеймом придурка или хулигана.

«Мало его лупите» — сказала учительница одной из мам. А у неё ребёнок и так всех бьёт. Если его тоже бить, то это только поддержит его способ общения.

Как раз на занятиях с психологом шла работа на снятие агрессии, на то чтобы он выстраивал отношения другим способом. Мальчик сам по себе очень умный, но крайне импульсивный: сначала даст в лоб, а потом подумает.

Если и дома его начнут бить за проступки, то тут уж никакой психолог на сможет сделать так, чтобы он считал такой способ воздействия неправильным.

Но правда в том, что он действительно бьет детей в школе. И учителя, и родители других учеников не могут относиться к этому спокойно. Поэтому социальное давление на родителя довольно велико, возникает отчаяние, ощущение беспомощности, мама считает себя плохой, не справляющейся с воспитанием ребенка.

Приходит к психологу такая мама и плачет. И хотя она сама видит проблемы в поведении своего ребенка, многое делает для их решения, но она не получает никакого признания своих трудов. Каждый раз после посещения школы ей нужна реабилитация.

Мы говорим всего лишь о третьекласснике, но мама всерьёз обсуждает колонию для несовершеннолетних как его жизненную перспективу.

Итак, учителя обвиняют родителей в недостаточном воспитании, родители — учителей в отсутствии индивидуального подхода и все вместе — детей в том, что они избалованы и совершенно не умеют себя вести.

Маска козла отпущения как горячий пирожок перекидывается друг другу участниками этого замкнутого круга: ребёнком, родителем и педагогом.

Читайте также:  Как выбрать матрас для ребенка

Но даже если найти «самого виноватого», это никак не изменит ситуацию.

Кадр из к/ф «Игры для детей школьного возраста»

— Школьные трудности и проблемы социализации часто служат поводом для возврата ребёнка. Школа, образование и социализация очень много значат для родителей. Порой мне кажется, что слишком много.

Но никто не берёт ребенка в семью, чтобы потом вернуть в детский дом. Ребенка хотят растить, воспитывать и сделать из него достойного члена общества. Очень часто одна из основных целей родителей — дать нормальное образование. И когда в школе возникают проблемы, у родителей рушатся смысловые ориентиры, они чувствуют себя в безвыходной ситуации.

А если ещё и из школы несутся проклятия: «зачем вы взяли, если не справляетесь?», то родителю приходится держаться из последних сил. Родители привыкли верить социальному окружению, где школа занимает довольно большое место.

Такой родитель приходит и говорит «я его очень люблю, но раз все говорят, что он ужасен, наверное он действительно ужасен и я ничего не смогу сделать». Ещё один привычный текст: «Нас уже отовсюду выгнали. С нами никто не хочет заниматься».

Бывает, что родитель приходит уже с привычным отчаянием или агрессией на лице.

Одна из мам, совершенно опустошённая, мне так и сказала «Знаете, я хочу ничего не чувствовать. Давайте сделаем так, чтобы мне всё это говорили, а мне было всё равно».

Часто такой сложный ребенок уже сменил две-три школы, а родители уже не верят, что кто-то прислушаться к их проблемам. С такими родителями на первых встречах я просто разговариваю о ребёнке, не ужасаясь ему. Мама или папа привыкают к тому, что их не выгонят отсюда, что ребёнок — всего лишь ребёнок, а не монстр, лица у них мягчеют, они могут уже обсуждать что-то конструктивно.

К сожалению, школьные проблемы могут стать катализатором ухудшения отношений в семье в целом. И не всегда получается помочь такой семье.

Но приёмные дети далеко не всегда проблемные. У меня есть знакомая семья, в которой несколько приемных детей и все нормально учатся в школе, у них прекрасные взаимоотношения в семье. Здесь и помощь специалиста практически не требуется

В заключение

Это интервью — лишь обозначение существующей проблемы, о которой не принято говорить громко, а в прессу она просачивается в основном в виде скандалов. Но даже сама постановка проблемы, обсуждение причин — уже огромный рывок на пути к её разрешению.

Этим текстом мы хотим начать дискуссию между учителями и психологами. Очень важно, чтобы каждая из сторон сделала шаги навстречу друг другу. А какие именно — и есть главная тема этого диалога.

3 ноября 2015, 13:00 Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: https://newtonew.com/school/naughty-kids

Пять главных школьных проблем, и как помочь ребенку с ними справиться

Малыши проводят в школе большую часть своего активного детства. И если у одних трудности вызывает только «домашка» по математике, то для других школа становится синонимом проблем, плохого настроения и всяческого рода страданий.

Причиной испорченного впечатления о первом образовании может стать многое: не сложившиеся отношения с одноклассниками или учителями, плохая успеваемость… Что делать, если вы понимаете, что ваш ребенок столкнулся с проблемами, из-за которых посещение школы превратилось в пытку?Ваш сын или дочь приходит из школы в слезах, на вопрос «что случилось?» не отвечает, прячет глаза, отказывается показывать дневник… В результате оказывается, что такое поведение связано с тем, что он схлопотал двойку (или тройку) в школе. И так происходит каждый раз, как учитель ставит оценку ниже «пятерки».

Что делать:

Почти наверняка подобное глубокое расстройство ребенка плохой оценкой тесно связано с ожиданиями, которые вербально или невербально транслируете вы сами. Одни родители прямо говорят «ты должен учиться на одни пятерки», другие намекают — «вот бы у тебя дневник был такой же красивый, как у твоего друга Пети».

В обоих случаях ребенок чувствует себя обязанным учиться на «отлично», особенно, если такие завуалированные или не очень фразы проскакивают в вашей речи частенько. А быть отличником получается не у всех и не всегда.Поэтому первое, что вам нужно сделать, чтобы помочь своему ребенку меньше переживать из-за плохих отметок, — это перестать концентрироваться на них.

Хвалите ребенка за его достижения — например, за то, какой красивый у него стал почерк, как быстро он решил задачку по математике, с каким выражением прочитал стихотворение, а не за пятерки. Вы должны транслировать, что хорошие оценки — это здорово, но главное — реальные знания, а еще важнее — интерес к учебе и приложенные усилия. Только для этого вам нужно самой в это поверить.

Печальная реальность такова: почти в каждом современном классе находится свой «изгой». Его обижают, над ним смеются, ему не дают прохода и в прямом, и в переносном смысле. Часто причиной насмешек и издевок одноклассников становится какая-то «особенность» ребенка, которая отличает его от остальных.

Слишком высокий, полный, одевается иначе, имеет иной разрез глаз или цвет кожи, учится слишком хорошо или слишком плохо, не ест мясо, — причиной издевательств может стать все, что угодно.

Что делать:

Не вмешиваться «напрямую». Если вы решите «провести беседу» с детьми, которые обижают вашего сына или дочь, вы лишь ухудшите ситуацию. Потому что находиться рядом все время, пока ваше чадо в школе, вы физически не сможете, а как только уйдете — его начнут дразнить еще и потому, что «за него заступается мамочка».

Давать ребенку советы и читать лекции о том, что ему следует сделать в такой ситуации, тоже не эффективно. Потому что советы мы даем из «взрослой» позиции — если бы ребенок обладал нашей уверенностью, знанием и силой, возможно, у него бы и не было никаких проблем. В этой ситуации вы можете только одно — оказать максимальную поддержку ребенку.

Выслушать его, когда он хочет пожаловаться, рассказать, как вы его любите. И попробовать найти для него общество таких же, как он, где его особенность будут ценить, а не отторгать. Если ребенок слишком много болтает и кривляется — отдайте его в театр, если слишком высокий для своего возраста — в секцию баскетбола.

Увидев, что он не один такой, ребенок станет меньше стесняться своей «особенности», а вполне вероятно — начнет ей гордиться, и чужие насмешки уже не будут его задевать. А как только орудие не добивает до цели, оно перестает стрелять.

Если же ситуация со временем лишь ухудшается и доходит до рукоприкладства, возможно, вам стоит подумать о том, чтобы перевести ребенка в другую школу. Лишние полчаса дороги или не такой высокий рейтинг по отдельным предметам — не так страшно, как разрушенная психика ребенка.

Проблемы с отношениями в школе не всегда связаны с тем, что ребенка кто-то обижает – иногда его просто игнорируют. Если одноклассники делают это нарочно, «бороться» стоит теми же способами, что и при активных «наездах», но чаще всего отсутствие друзей у ребенка в школе все же связано с его природной скромностью.

Часто с этой проблемой сталкиваются дети, которые перешли в новую школу, где уже сложились свои коллективы и кружки по интересам. И, если для активного и бойкого ребенка влиться в новое окружение — не проблема, то застенчивый будет стоять в сторонке, не решаясь подойти и заговорить с новой компанией.

Что делать:

Для начала убедитесь, что желание иметь друзей принадлежит вашему ребенку, а не вам. Большинство детей испытывают потребность принадлежать к группе, но из любого правила есть исключения — возможно, ваш ребенок – как раз одно из них.

Если же ваш маленький школьник очень хочет с кем-то подружиться, но не может, помогите ему — устройте какое-нибудь веселое мероприятие, на которое пригласите других детей. За стенами школы в ситуации, где им интересно и приятно, дети обычно более расположены к контактам — и будут не против поиграть с вашим сыном или дочерью.

Если организовывать пикники и походы вам некогда, попробуйте позвать в гости родителей кого-то из одноклассников. В конце концов, вам тоже не помешает завести друзей в школьной среде. Попросите своих новых знакомых взять в гости своего ребенка, чтобы вашему было не скучно.

И обязательно придумайте какое-нибудь сплачивающее увлекательное занятие, которым дети могут заняться вместе — собрать новый конструктор, построить крепость из подушек, расчесать собаку, что угодно, что они могут делать сообща. Учителя жалуются, что ваш ребенок спит на уроках.

Дома он отказывается не то что помогать по дому — но и играть, потому что слишком устал и хочет отдохнуть. А может, у него и вовсе нет времени на игры, потому что после школы нужно не только сделать уроки, но и сходить на урок верховой езды, а затем позаниматься с преподавателем испанского…

Что делать:

Поумерить свои родительские амбиции — почти всегда, когда ребенок оказывается на грани нервного срыва из-за переутомления, оказывается, что, помимо школы, он посещает еще несколько различных кружков и спортивных секций. Заботиться о всестороннем развитии ребенка — это хорошо и правильно, но ровно до тех пор, пока не страдает его физическое и психологическое здоровье.

Попробуйте отказаться, хотя бы на время, от уроков фортепиано, и не водить своего сына или дочь на занятия к частному преподавателю шахмат три раза в неделю. Понаблюдайте за ребенком: стал ли он более бодрым, веселым, активным? Если нет, возможно, ему нужно больше времени, чтобы прийти в себя.

Также не лишним будет проверить, не вызвана ли переутомляемость и нервная истощаемость нехваткой витаминов в организме. Если, помимо школы, у ребенка нет дополнительных нагрузок, при этом учителя все равно жалуются на его невнимательность, возможно, вам стоит проверить ребенка на синдром дефицита внимания.

При СДВГ (так сокращенно называется синдром) в силу неврологических особенностей ребенок с трудом концентрируется на чем-то, не может долго удерживать внимание, что сказывается на успеваемости в школе. Детям с этим синдромом нужна особая помощь в усвоении информации.

В идеальном мире учителя должны быть беспристрастны, оценивать истинный уровень знаний ребенка, не обращая внимания на свои личные симпатии и антипатии. Но в реальности, увы, часто происходит совсем наоборот. И учитель выбирает себе «любимчиков» и «мальчиков (девочек) для битья».

Причем далеко не всегда в «нелюбимчики» попадают дети, которые славятся плохим поведением или не знают предмет. Просто, например, учительница любит активных ребят, которые всегда тянут руку и стремятся ответить на любой ее вопрос, а тех, кто спокойно отсиживается (возможно, потому что в силу своего темперамента не стремится «лезть вперед») по умолчанию ставит «на ступень ниже».

Что делать:

Для начала попробуйте «разведать обстановку». Поговорите с родителями других детей — а как эта учительница относится к ним? Не жалуются ли на нее? Возможно, у конкретного преподавателя что-то глобально идет не так в жизни, и он «срывается» на детях. В таком случае стоит обратиться к директору и решать проблему административно – менять учителя всему классу.

Если же ваша догадка о том, что учительница недолюбливает конкретно вашего ребенка, подтвердится, попробуйте открыто поговорить с ней. Главное – не начинайте с угроз или негатива. И для вас, и для вашего ребенка будет куда лучше, если вам удастся уладить конфликт мирно.

Спросите, что нужно сделать Васе, чтобы его оценки улучшились? Скажите, что чувствуете, что ваш сын «не тянет» ее предмет — что бы она могла посоветовать, чтобы улучшить ситуацию? Расскажите об особенностях своего ребенка — может, поняв, что руку он не тянет не потому, что ничего не знает, а потому, что флегматик по темпераменту, она начнет чаще спрашивать его сама — и удостоверится, что он все знает лучше многих.Если же несмотря на все ваши беседы, преподаватель не оставит в покое вашего ребенка, используйте этот случай в качестве примера, рассказывая ребенку о том, что в жизни так бывает — даже если мы очень стараемся и делаем все хорошо, другие не всегда это оценивают адекватно. Похвалите ребенка и скажите, что вы уверены, что он знает математику (литературу, английский) лучше многих, и если оценки не будут отражать эти знания — это не его вина. Вообще, когда ребенок жалуется вам на что-то, что происходит в школе (и не только там), попробуйте слышать не только слова, но и эмоции. Выслушайте все, что хочет сказать вам ваш малыш, и озвучьте чувства, которые, как вам кажется, он испытывает. «Мне кажется, ты очень расстроен» — и замолчите. Ребенок сам даст вам понять, правильно вы «угадали» или нет, а главное — получит «разрешение» высказать все то, что у него накопилось на душе. Такой глубокий эмоциональный контакт — это лучшее, что вы можете дать своему ребенку при наличии проблемы любого характера. А еще можете почаще напоминать ему, что он замечательный и вы его любите, а школа — это лишь один из этапов долгой-долгой жизни. Бывшие обидчики и вредные учителя останутся в прошлом, и он обязательно встретит тех, кто по достоинству оценит все его замечательные качества.

Фото — фотобанк Лори

Дата публикации 08.09.2014

Источник: https://materinstvo.ru/art/9329

Ссылка на основную публикацию